Освещение было красивым. Очень красивым. Темные сиреневые блики зловеще стекали по стенам к полу, подбирались к скелетам и точно кромсали мелкие детали: изъяны блекло-серых костей, лохмотья, бывшие когда-то одеждой, усмехающиеся пустые глазницы и сгнившие челюсти... Воздух давил на легкие, не давая дышать. Что-то было в этом воздухе... Ярика сжала кулаки. Стены как будто наваливались на нее, не давая двигаться. Женщина шумно выдохнула и расправила плечи. Ох и не любила она закрытые пространства!.. "Дохлый тролль..." Кошка окинула взглядом пещеру, а потом своих спутников.
- Пещера замурована, - голос куда-то пропал. Ярика откашлялась, и эхо полетело к потолку, отскакивая от стен, точно мячик. - Но вот эти, - она кивнула на скелеты. - Как-то сюда попали... Видимо, очень давно. И видимо, не сами себя замуровали. Это был обвал... или кто-то снаружи постарался... В любом случае выбраться я хочу отсюда поскорее... Поэтому предлагаю по-простому: найти стенку потоньше, а потом владеющие истинной силой рванут как следует...
Джулиан посмотрел на нервничающую кошку. Ее эмоции – в основном страх перед замкнутым пространством, который она старалась затолкать поглубже – снова передавались ему. Колдун не понимал этого страха – ну пещера… Довольно большая. Душная, видимо, из-за недостаточного притока воздуха. Ощущается присутствие магии. Какой-то рассеянной, неживой, словно она растворена в этом странном фиолетовом свете. Кстали, свет достаточно яркий, чтобы неплохо видеть почти всю пещеру. Откуда он? Джулиан внимательно осмотрел свод, но не нашел ни одной щели, через которую этот свет мог проникать. Очень странно. Очень…
Осмотр подтвердил и еще одну догадку.
– Не вижу следов обвала, – сказал он. – Наверняка эти жмурики – те, кто прошел до нас по Дороге Мечты. Из того, что я увидел, когда эльфка активировала амулет… Он – не только открывает портал в строго определенное место, но еще и усиливает магию. Это значит, что для открытия портала больших магических сил не требуется.
Джулиан взглянул на Юилли, и девочка-вампир согласно кивнула.
– Им хватило сил открыть портал и удержать его, – продолжил Джулиан, – но не хватило сил или знаний, чтобы пройти стену. Выход должен быть, только куда?..
Теперь колдун повернулся к Грею.
– Что говорит твое второе зрение? Если оно помогает тебе ориентироваться в пространстве, то ты должен суметь определить, какая стена тоньше и, возможно, узнать, что за ней? К тому же, магия земли в твоей власти. Если у тебя не хватит сил самому раздвинуть стену, я могу добавить тебе свою – это не сложно.
Отто отбросил остатки щита и вытер тесак полой куртки. Он был голоден и очень устал.
- Зачем второе зрение? -прохрипел Отто. - Если трупы истлели значит сюда попадает воздух, зажгите огонь и пройдите с ним вдоль стен, там где пламя начнёт мерцать есть путь для воздуха. Значит там не сплошной камень и можно будт попробовать сломать стену.
Отто снял с пояса фляжку, которую предусмотрительно наполнил красным Гугрнанским и сделал большой глоток. Из кармана он выудил немного вяленого мяса и усевшись на пол пещеры начал его грызть. - А ещё можно покрыть инеем всю поверхность пещеры, так как притекающий воздух будет теплее, он будет растапливать иней. Это на тот случай, если здесь нет отверстия, а просто пористая горная порода. Или, например, можно наобум выбрать удобное место и Грей с Лило, последовательно замораживая и нагревая камень будут "размягчать" породу, а мы понаблюдаем.
Смена декораций произошла довольно быстро, но Грэй адаптировался к этому миру почти сразу. Проверив свою боевую подругу Лило, «глянув» на остальных, маг побродил немного, осмысливая что-то, поэтому на предложение Джулиана отреагировал не сразу, через некоторое время после Отто.
- Да-да,- сказал маг неизвестно кому. - Я ощущаю довольно много людей.
Маг прошел вдоль стены, остановился, вернулся немного назад и сообщил:
- Думается мне, что здесь наилучше место для перехода. Тут слой несколько тоньше… Да, определенно.
Грэй подзывающее махнул рукой.
- Джулиан, я надеюсь, что справлюсь сам, ведь я не выкладывался в предыдущем мире, но все же прошу - подстрахуй меня, - хоть он и не любил просить, пришлось, рисковать жизнью… друзей, да определенно друзей, ради каких-то принципов… нет.
Теперь Грэй обратился к остальным:
- Когда откроется портал, дружно идем быстрым шагом. Туннель… а правильнее пространство в котором мы будем передвигаться, будет около трех с половиной - четырех метров в длину и около метра в ширину, оно будет передвигаться вместе с нами. Итак, все готовы? - в ответ была утвердительная тишина.- Тогда вперед!
Маг потянулся, широко расставляя руки, направляя в ладони свою энергию. Стена затряслась и распахнула свою пасть.
Отто встал, закрыл глаза, и медленно вдохнул, затем он сделал три резких выдоха, притягивая к себе как можно ближе поле антимагии, которое всегда его окружало.
- Всё, я готов, только не смешите меня когда я буду внутри этой крохотной каверны, и не щекочите, иначе я не сдержусь, и отпущу антимагию, стены сдвинутся и все эти чудовищные массы камня раздавят нас как клопов.
Щупальце магии, темное и холодное, коснулось Грея, проникло внутрь него. Сначала слабое, когда Грей только начал свое заклинание, но потом магия, которую подкачивал в юного мага Джулиан, стала увеличиваться. Вместе с ней пришел шепчущий бесплотный голос, зазвучавший в его голове:
– Смотри, от чего ты отказываешься. Слушай, как твоя сила поет в унисон с моей. Вот оно – настоящее могущество. Ты способен достигнуть этого.
Грея наполнил такой поток магической энергии, какого он не ощущал в себе никогда в жизни. Однако, его тело легко принимало ее, доказывая, что он способен пропустить такие объемы магии.
– Однажды случится так, – продолжал нашептывать в его голове тихий голос колдуна, – что тебе не хватит силы, чтобы защитить того, кто тебе дорог. И ты проклянешь себя за то, что не послушал меня и остался на серой серединке. В тот момент, когда будет совсем поздно… – в мысли Грея вдруг проник яркий образ Лило – девушки-эльфа, которую он никогда не видел – лежащей на земле, мертвой…
Несмотря на холод и страшные видения, магия Джулиана была живой, даже жизнерадостной. Она клубилась в Грее миллионами лихих пузыриков, точно игристое вино, рвалась с привязи. Да, она всегда была такой после убийств – воскресала из своего ледяного равнодушия, билась в такт сердцу. Или, может, сердце билось ей в такт.
Продолжая вливать в Грея силу, лишь малая часть которой шла в помощь в удержании каверны, которую создал юноша в толще стены, Джулиан подошел к нему и положил руку на плечо. Магический контакт стал сильнее. Магия принесла воспоминания мага: боль от изгнания из Академии, страстное желание излечиться, смутный страх шагнуть дальше по одному из путей магии.
– Идемте, – сказал колдун.
Остальные сгрудились рядом, шагнули вслед за слепым магом, и каверна закрылась, замкнув их в небольшую пустоту внутри скалы: четыре шага на два, с потолком над самой головой. Грей двинулся вперед, перемещая пустоту с собой…
Ярика подавила, рвавшийся откуда-то из глубин подсознания ужас. Лоб покрылся испариной. Затылок свело. Этот коридор был страшной пыткой... Запахи тел вокруг больно ударяли в нос, но не выводили из полуобморочного состояния и не приносили облегчения. Кошка сжала кулаки и втянула голову в плечи, чтобы хоть как-то отгородиться от треклятых стен. Страх извивался и тягуче колотил в висках. С очередным шагом Ярика почти потеряла сознание, но каким-то чудом удержалась на ногах и толкнула страх от себя... Конечно же попав точно в Джулиана. Колдун не подал виду, что почувствовал волну, только едва наклонил голову. Взяв себя в руки, Ярика сжала челюсти, про себя проклиная весь этот чертов мир, куда их занесла птичья голова...
Последний шаг слепого мага открыл коридор. В неизвестность. В темноту. Оттуда рванул хоть и не свежий, но все же какой никакой ветер. Они вывалились из коридора и перевели дух.
Юилли шагнула вперед. Вышли наружу? Нет. В небольшой туннель, где они стояли, дул совсем не такой ветер, который бывает на поверхности земли. Лаву притормозил свою хозяйку за плечо и обогнал ее. Вампир фыркнула и тут же последовала за ним.
Глазам открылось удивительнейшее зрелище. То, что они в гигантской пещере стало ясно сразу, хотя ее купол скрывал полный мрак, чем-то похожий на затянутое тучами ночное небо. Небольшой туннель, в который их вывел Грей, открывался довольно высоко в стене пещеры. Под ними расстилался город, освещенный множеством факелов. Небольшие домики из светлого камня или просто побеленные ярусами спускались к дальнему краю пещеры, где смутно виднелась какая-то стена. Вниз вел достаточно легкий спуск.
Юилли посмотрела на Лаву, потянулась к нему и постаралась стереть кровь с его щеки.
– На себя посмотри, – усмехнулся ангел.
Да-а, видок и у нее, и у всех остальных был тот еще. Ладно бы грязь, но в большей или меньшей степени одежда всех была заляпана кровью людей и ящеров. Особенно отчаянно выглядели те, у кого одежда была светлой.
– Дай-ка мне свой плащ, – потребовала она. – На нем почти незаметно, что эти пятна – кровь, а рубашку ты наверняка не испачкал, коль не расстегивался.
Лаву снял свой черный плащ. К счастью, его ткань и подкладка не промокли насквозь. Рубашка действительно была чистой.
– Ты будешь в нем, как…
– Даже не говори, как кто!
Юилли натянула плащ, полы которого упали на землю, а талия оказалась ниже бедер. Карумо не выдержал и хихикнул, прикрыв морду лапками. Девочка задрала нос, вручила Лаву нагинату, изобразила нечто похожее на гордую-невозмутимость-королевы-в-изгнании и пошла вниз. Затем, когда расстояние между уступами стало несколько больше, забыв о невозмутимости, подобрала полы и горной козой запрыгала по ним. Карумо метнулся следом. Ангел удобнее перехватил нагинату и стал спускаться следом.
Лило шла прям за магом. Она почувствовала, что с ним что-то не так. Что-то происходит. Эльфийка коснулась его холодной рукой, давая знать, что она рядом. Парень чуть вздрогнул, но не от неожиданности - он чувствовал, что она где-то невдалеке, а от холода, идущего от девушки.
- Что-то не так? - обеспокоенно спросила она.
Она шла рядом, чувствуя себя вполне нормально. Словно в собственном доме, ведь после войны эльфы стали жить в резервациях на таких вот полумертвых землях. Что это? Здесь запах какой-то чуждой магии, совершенно не знакомый запах. Сиреневый свет за их спинами ровно светил, и в глазах Лило мелькнул его огонек.
Девушка вздохнула. Воздух пусть чуть и спертый, но немного сыроватый, значит жизнь в этом мире еще есть. Лило обняла себя за плечи, выпуская Грэя, и повертела головой. Хотя было довольно-таки темно и она совершенно ничего не видела, но какое-то шестое чувство ей подсказало, что пока бояться рано. Это пока...
Эльфийка чуяла носом воздух, который поддувал куда-то вперед, словно толкая.
- Незнакомый мир, новые препятствия... - отметила шепотом она. - И когда все это прекратится? Я уже скучаю... по... дому.
Она схватила за рукав мага, словно искала у него защиты. К остальным она боялась прикоснуться...
Колдун наполнял Грэя энергией, которой он никогда не чувствовал… такое сладкое, пьянящее чувство силы… захватывающее, очень приятное. Мертвая эльфийка, Лилонет! Никогда ее не видев, Грэй узнал ее. Образ исчез после прикосновения той, к кому он так привязался; маг ответил на ее прикосновение.
Путь через твердь закончился, приток энергии угас, тело немного дрожало, жаждая продолжения.
- Лило, ты также красива, как и твоя аура,- маг подмигнул ей и улыбнулся.
Тело стало приходить в норму, но ТАКОЕ не забывается, еще долго будет пробегать дрожь только от воспоминаний.
- А ты искусный искуситель, - обратился маг к Джулиану. – Превосходно находишь нужные ниточки. Тебе удалось, я вспомнил как меня выгнали и то, что я тогда чувствовал, но это было тогда… я не вернусь в академию, я понял это так ясно только сейчас, я мог бы попытаться вернуться в нее, но не пытался, я знаю причину – возвращаться к предателям мне претит. А выбор пути, -маг втянул в себя воздух, - давай поговорим об этом позже, здесь не место…
закончив, Грэй весело подбежал к Лилонет и пригласив ее продолжить поход прыгнул на какой-то уступ.
Джулиан посмотрел на Ярику, которой все еще было очень не по себе. Нужно было что-то сделать: приободрить или посочувствовать, но колдун понятия не имел, как это делается. Поэтому он просто пошел вслед за всеми, стараясь стереть кровь с выбившейся из тугого «хвоста» пряди волос.
– Разве это искушение? – усмехнулся он, догнав Грея. – Просто я показал тебе, какие возможности ты скрываешь в себе. Ведь ты без труда пропустил через себя весьма приличный поток магии. А твои учителя в Академии – тупые кретины, которые не видят дальше прыща на кончике своего носа. Можешь передать им мое мнение, если случится с ними встретиться. Особенно, если перед этим утрешь им прыщавые носы, доказав, насколько они ошибались в том, что слепой не может быть сильным магом.
Колдун повернулся, подождал спускающуюся за ним Ярику и подал ей руку. «Интересно, это ее хоть как-то успокоит?» – с чувством естествоиспытателя подумал он.
Спуск почти закончился, и компания приблизилась к первым домикам. В пещерном городе царили тишина и покой – наверное, по местному времени сейчас была глубокая ночь...
Лило мельком слушала - так обрывки фраз, из которых она ровным счетом ничего не поняла. Ну, и не надо. Это дело Грэя. Хотя в последние дни ее стала волновать не только что окружает его, но и вся его судьба в целом.
Она крепко держалась за его руку, боясь подскользнуться или даже упасть. Когда до эльфийки дошло, что сказал Грэй, Лило засмущалась:
- Прошу тебя... не надо, - она опустила глаза, слабо сопротивляясь его комплименту. - Мне никто этого не говорил. У нас бы тебя поститали посягателем на мою честность и целомудрие.
Она рукой стала охлаждать горящие щеки. Но не торопилась отпускать руку мага.
Лило почувствовала, что идти им осталось не так долго. В воздухе появился другой запах. Запах живых существ. То ли здоровых, то ли умирающих. Это нельзя было сказать, так как весь этот мир имел какой-то другой запах... воздух.
"Главно не выпустить Грэя, а то дорогу не найду к ним обратно", - какая-то дрож пробежала.
Страх. Страх одиночества в незнакомом месте. Он подкатывал к горлу, цепляясь своими щупальцами за кожу. Рука Лило дрогнула, ища поддержки.
Лямпе лениво брёл позади всех, необходимость удерживать антимагию окончательно лишила его сил. Раздражала грязная одежда, и невозможность протереть оружие маслом, и выправить щербины на клинке. Под подошвы, мешая идти, противно норовили попасться острые камешки. Перед Отто, судорожно сцепившись руками шли Грей и эльфская девчонка. - Дожил, мне уже всё равно, что ученик Императорской Академии водит шашни с эльфкой, - грустно подумал Отто. В памяти Отто возникли картины его прошлой жизни, когда он жил во дворце. Он вспомнил чудесные Императорские парки, разбитые вокруг Императорского Дворца, в которых так приятно было валяться на зелёной мягкой траве, наблюдая за облаками, или обложившись корзинами с вином и закусками поиграть с друзьями в кости на дежурство, или вырезать на коре дуба свои инициалы перочинным ножом, или уединиться в густых сплетениях кустарника с какой-нибудь симпатичной девчонкой.
-Как же я хочу домой! - тихо прошептал Отто. Он совсем забыл, что даже если он вернётся домой, то всё равно его шансы стать снова Императорским Палчом почти равны нулю. Вот наконец и какое то жильё.Кособокие домики лепились друг к другу, так, словно они чего-то испугались и сбились в кучку дрожащих и испуганных существ. Сквозь щели в ставнях едва пробивался тусклый свет. Отто через силу пошёл немного быстрее и догнал Джулиана и Ярику.
- Первым делом я хочу поесть, вторым чистую одежду, а если мы найдём оружейное масло и точильный камень я наверное буду самым счастливым в этом мире, - не повышая голоса Лямпе обратился к Джулиану и Ярике.И тут же прибавил, - Но больше всего я хочу спать.
- Я думаю постучать в дверь и спросить у жителей где тут ближайшая харчевня. Кто против? И у кого есть другой вариант?
Он поймал ее страх перед стенами. Кошка разозлилась. Так, что шерсть на затылке дыбом встала. Разозлилась на себя - за безотчетный, непонятно откуда взявшийся страх, на колдуна- за то, что увидел его. И больше всего - за то, что в попытке проявить какое-то сочувствие, он выразил только любопытство. Любопытство, которое, конечно же передалось и ей. Кошка не ждала ничего другого. А может, и ждала?.. И вот это выводило ее из себя еще больше... Ярика поплотнее запахнула черный плащ. Кровь засохла пятнами и задубила бывшие когда-то мягкими складки. Меч женщина вытерла, и теперь бурые сполохи снова стали искриться притихшим зеленым...
Она молча шла рядом с колдуном, постукивая пальцами в такт шагам по рукояти меча. Последняя ночь не шла у нее из головы. Юилли сыграла с ней злую шутку. Отобрала у нее колдуна?.. Что ж, возможно именно это и заставляло кошку трястись при каждом воспоминании о глазах девочки той ночью. Ярика тряхнула спутанными волосами: неужели и она считала его своей собственностью? Оборотень усмехнулась. Нет, это невозможно. И все же что-то не давало покоя...
Они спустились к первым домам. Далеко, под ногами, город казался нереальным. И все же присутствие жизни висело в воздухе. Странной, больной жизни. Кошка поморщилась: запахи этого мира только раздражали... Теперь же жизнь вполне обрела знакомые черты. Ярика окинула взглядом приближающиеся домики. Город казался вымершим. Но здесь жили. Люди... Люди в странном мире. Она вспомнила фиолетовый свет там, в пещере. Тусклый свет. Свет страха и боли. Какие они, жители мира, где царит этот свет?..
- Я думаю постучать в дверь и спросить у жителей где тут ближайшая харчевня. Кто против? И у кого есть другой вариант?
Лямпе, кровь дракона! был прав. Ярика свернула к ближайшему дому и остановилась у низенькой двери. Почему-то не хотелось нарушать сон тех, кто был внутри. Она постучала.
– Этот дом пустой, – раздался откуда-то сбоку надтреснутый старческий голос, и из прохода между домами вышла пожилая женщина. – В городе много пустых домов. Вы можете занять его, и чем скорее вы зайдете внутрь, тем меньше лишних глаз вас увидят.
Тяжело опираясь на палку, она подошла к путникам. Блекло-голубые, чуть слезящиеся глаза пристально осмотрели странную компанию.
«Странно, – думала она, разглядывая их нездешние одежды, покрытые… – Да, это не просто грязь. Несомненно, кровь. И у них оружие. Никто не может попасть в Город Шахты с оружием. Тогда, получается… легенда была правдива? Это люди, ищущие Мечту?»
– Зайдите, пока вас никто не увидел, – заторопилась старуха. – Если кто-то донесет страже, что у вас оружие – вам не жить.
Она чуть не силком принялась заталкивать в дом Ярику и Джулиана. Тревога в голосе старухи была настолько сильна, что не послушаться ее было невозможно. Юилли поманила за собой Лаву и тоже вошла в дом.
Жилище внутри выглядело так же аскетично, как и снаружи: две небольшие смежные комнатки, даже не разделенные дверью, белёные стены. В той комнате, где они стояли, расположились старый, грубо сколоченный деревянный стол, небольшой очаг и двухъярусная посудная полка, висящая на одном гвозде. Через дверной проем в соседней комнате виднелись три кровати: деревянный каркас, а вместо матраса натянута какая-то не слишком чистая мешковина.
Старушка отряхнула широкие, похожие на юбку, темно-серые штаны. Этот жест скорее скрывал ее смущение, чем показывал заботу о чистоте одежды. Свободная рубашка из грубой небеленой ткани с большим воротом и широкими рукавами, была перепоясана обычной веревкой. Волосы скрывал платок, причудливо замотанный на голове.
Она улыбнулась и тысяча морщинок лучиками разбежались от ее глаз.
– Меня зовут Тонгара Ривст. Ну, обычно меня называют бабушка Тон. А вы, если я не ошиблась, те, кто ищет Мечту? Вряд ли я ошиблась. Вам лучше побыть здесь и не зажигать света. Я принесу вам нашу одежду. Вы очень уж отличаетесь от обитателей Города Шахты, – она негромко засмеялась. – Вам повезло, что сейчас глубокая ночь и что в моем возрасте людей начинает мучить бессонница.
Она пошла к двери, возле нее обернулась и погрозила пальцем:
– Сидите тихо, детки, и не выходите на улицу, пока я не вернусь.
Дощатая дверь закрылась. Лаву подошел к одному из двух окон: без рамы и стекол, как и окна в соседних домах.
– Ушла куда-то наверх, – сказал он. – Если мы собираемся отсиживаться здесь до ее прихода, то к окнам лучше не подходить.
Кошка измерила комнату шагами от одной стены до другой. Аскетичная обстановка вызывала тоску и сотни подозрений. Пустой дом... Почему он пуст?.. Почему дома остаются без своих хозяев? В своей жизни она встречала только две причины. Они просто ушли, добровольно или по принуждению... Или... или умерли...
Ярика прикусила губу и села на стол. Здесь была ночь. В том мире, который они покинули, сейчас тоже властвовала бы тьма. Сражение, а потом страх вымотали кошку. Она устала, но сон бежал ее. Усталость притаилась в теле, готовая пожрать женщину в любой момент, но вопросы, роившиеся в ее голове, не выпускали ее. Оборотень кинула арбалет рядом с собой и прислонилась к стене. Прикрыла изумрудные глаза, потерла виски. Тяжелая ночь этого города вызывала головную боль. Била набатом кровь... Ярика медленно потянулась. Нет... сна не было. Оборотень приоткрыла глаза: за окном была все так же пусто. И тихо. Только теперь женщина поняла, что ее беспокоило: мертвая тишина стояла вокруг... Спутники разбрелись по дому и расположились подальше от окон. Ждали... Ждали странную женщину, появившуюся ниоткуда и ушедшую никуда. Они поверили только ее тревоге. Тревоге и недоумению. Доверились ей, а стоило ли?.. Еще одно сомнение! Слишком много за последний час...
Внезапно кошка заметила, что опять крутит в пальцах инталию. В доме где-то был Карумо, и она это чувствовала. Это ощущение перерастало в жгучее желание оборотиться. В обжигающее желание. Ярика отпустила камень и снова закрыла глаза. Волосы упали ей на лицо. Тишина путала мысли дремотой. Очень чуткой дремотой.
- Здесь заперщено ходить с оружием? Какой отсталый мир! Их цивилизация на грани гибели, наверное им неведомы понятия демократии и свободы личности. Сразу начинать драку тоже нехорошо, придётся маленько разоружиться, - подумал Отто.
Он выбрал неприметный угол, и , аккуратно завернув в куртку, положил в угол меч и тесак, а потом накрыл всё это нагрудником. С одним ножом за голенищем и кастетом в кармане, он чувствовал себя совершенно безоружным и неподготовленным к возможному нападению.
Сделав тайник, Отто решил, что неплохо бы и перекусить и, найдя в кармане кусок недогрызенного вяленого мяса, принялся за него.
Неизвестно, сколько понадобится ждать старуху. В ногах правды нет, поэтому Юилли и Лаву устроились на одной из шатких кроватей. Ангел сел, прислонившись к стене. Юилли примостилась рядом и задремала, пристроив голову на его плечо.
Карумо повертелся вокруг. Спать ему не хотелось. Хотелось, во-первых, отмыть шерстку, а во-вторых, съесть что-нибудь. И тут до его чуткого носа долетел запах вяленого мяса. Источник «неземного» аромата оказался в руках палача. Карумо сглотнул слюну. Обратиться к палачу? Страшно… Зверек помаялся еще немного, но Отто не видел его мучений, а кусок мяса становился все меньше и меньше.
Голод – не тетка. Карумо не выдержал, подошел к палачу, снова сглотнул и поинтересовался:
– Скажи, мне достаточно смотреть на тебя умильным взглядом или надо попросить, чтобы ты со мной поделился мясом?
Отто, отрезал небольшой кусок и молча кинул его Карумо. Молча, потому что Отто учили, что говорить с набитым ртом это неприлично. Не то чтобы Отто очень хотел поделиться, возможно последней едой с говорящим горностаем, но он был любопытен и не мог упустить возможность понаблюдать за тем как питается необычный зверёк. Хотя конечно нельзя не признать, что жалобный голос и не менее жалобный вид Карумо, могли разжалобить кого угодно, в том числе и Отто. А надо заметить, что Отто с детства любил всех небольших зверьков начиная от кошек и заканчивая енотами.
Бабушка Тон вернулась не скоро. Много времени понадобилось, чтобы собрать одежду для всех, а затем пробраться от своего дома так, чтобы ее не заметили жители города. Вещей было много, пришлось взять с собой свою приемную внучку Нериту, чтобы помогла донести их.
Наконец, дверь домика распахнулась и глазам его обитателей, тут же занявших боевые стойки, предстала груда вещей на тонких детских ножках, позади которой стояла старая Тонгара, тоже держащая вещи. Над первой грудой появилась черноволосая детская головка с бледным личиком и большими черными глазами, мерцающими фиолетовым отсветом. Она с любопытством осмотрела пришельцев, затем выронила свою ношу, открыв худенькое тело семилетнего ребенка, одетое в короткое платьице из ветхой некрашеной ткани. Несколько секунд она стояла в дверях, приоткрыв от изумления рот, потом сорвалась с места и с радостным криком:
– Мама! Мамочка! Ты вернулась! – кинулась на шею Ярике.
Кошка молча сползла со стола на пол. Арбалет со звоном рухнул рядом. Это было уже слишком. Слишком много за один день. Ярика зажала рот руками, чтобы не закричать. Сердце бешено заколотилось: эта девочка никак не могла быть ее... дочерью... Но она была точь в точь как... они... Волосы... такая же худенькая... только глаза светились пугающим фиолетовым светом, да запах был странный... Но все же... как она похожа на них!.. Воспоминания, зажатые памятью, нахлынули тайфуном и оглушили женщину. Глотая слезы, оборотень попыталась прийти в себя, но у нее это не получилась. Боль, пронизывающая с головы до пят, эхом укатилась к Джулиану, вышедшему из другой комнаты. Он отпрянул к стене под натиском этой волны. Спутники недоуменно уставились на внезапно потерявшую контроль женщину. В это время девочка уже цеплялась руками за ее плащ, пытаясь обнять. "Мама... Мамочка..." Эти простые слова дробились в ее голове на сотни осколков и причиняли невыносимую режущую боль. Слезы судорогами вырывались наружу. Она непередаваемым усилием подавила лихорадку... Потом попыталась оторвать от себя ребенка. Худенькое тельце сопротивлялось ее рукам. В конце концов у кошки это получилось: она взяла маленькое личика в свои ладони и заглянула в широко распахнутые от радости глазенки. Они тоже так смотрели... Внезапно боль и слезы утихли. Сами собой. Все ее существо заполнила безысходная тоска. Память, долго точившая волю изнутри, победила...
Ярика медленно поднялась, подхватив девочку на руки. Потом усадила ее на стол и медленно повернулась к старухе.
- Где ее мать... - слова еле шли из нее. - Где... И что это за проклятый мир?..
Эмоции Ярики окатили, точно волна цунами, на несколько мгновений лишив всякого понятия где его эмоции, а где чужие. Нахлынули не только эмоции, но даже образы: две черноволосые девочки-близняшки, выплаканные слезы, зарево пожара, боль и ожесточение… Джулиану не сразу удалось отбросить от себя эти чувства. Какой там отбросить! Из них пришлось выбираться, как из трясины или зыбучих песков. Это было куда более сильно, чем сексуальные похождения оборотня.
Наконец, Ярика отцепила повисшую на ней девчонку и усадила ее на стол. Джулиан критически осмотрел ребенка. На ярмарке тоже были дети, но тогда он почему-то не подумал о том, что пришло в голову сейчас. Заклинание левитации. Там, в своем Круге он каждый раз использовал его по сюжету: зелье, сваренное на основе вытопленного сала невинного, некрещеного ребенка. После этого зелья, скорость и высота левитации повышаются на два порядка. Сейчас-то его максимум – трюк с невидимой лестницей, который он проделал на Ярмарке. А эта девочка… Невинная и некрещеная, однозначно. Тощенькая, конечно, но много-то от нее и не надо. К тому же, претендующая на Ярику...
Бабушка Тон положила вещи на стол, рядом с девочкой.
– Ты ошиблась, Нарита, – сказала она. – Это не твоя мама.
Радость мигом схлынула с лица девочки.
– Но, бабушка… А когда… когда вернется мама?
– Вернется, вернется. Просто она очень занята там, на шахте. Посмотри, ты расстроила эту добрую женщину.
Бабушка Тон посмотрела на Ярику. Ответ на ее вопрос не подлежал оглашению при Нарите, поэтому она просто сказала:
– Она работает на шахте, но, к сожалению, обязанности довольно долго удерживают ее там, – взгляд старухи однозначно сказал Ярике: «Не сейчас».
– Я соскучилась по маме, – сказала Нарита, спрыгивая со стола, подходя к Ярике и прижимаясь к ней. – Ты похожа на мою маму.
Бабушка Тон указала на одежду.
– Я постаралась подобрать на всех, надеюсь удачно. Мы здесь не носим яркой одежды – лучше не выделяться, особенно, если ты женщина и при этом красива. Чем меньше тебя замечают, тем спокойнее здесь живешь. Наш город – это колония, куда отправляют осужденных преступников. Он существует уже лет пятьсот, с тех пор, как в пещере нашли каур. Нарита, к примеру, родилась здесь. Поэтому ее глаза так необычно мерцают. Если у вас нет одежды Стражи Каура, то с оружием на улицах появляться нельзя. Максимум, что у нас есть, это ножи и кое у кого – пращи. Все взрослые мужчины и многие женщины работают в шахте, добывая каур.
– А перед шахтой стоит стена, – сообщила Нарита. – На нее часто лазают. Я тоже учусь лазать. Когда-нибудь, я через нее перелезу и пойду к маме.
– Не болтай глупости, Нарита, – оборвала ее бабушка Тон и тут же продолжила свой монолог. – Мы знаем, о людях, ищущих мечту. Они выходят из дальней стены пещеры и идут через нее. На моей памяти таких людей ни разу не появлялось. До вас, разумеется. К сожалению, того, что ищут Идущие за Мечтой, в пещере больше нет. Говорят, это была странная вещица, похожая на веер. При разном освещении она меняла цвет от зеленого до темно-сиреневого. Но ее нашли стражники лет пятьдесят назад и забрали на поверхность. Наверное, она теперь хранится у нынешнего лорда Каура.
В этот момент дверь открылась и в домик влетела малорослая худая девчонка с огромными голубыми глазами и короткими, взлохмаченными волосами пепельного цвета. Одета она была в похожее на мешок платье длинной чуть выше колен, перехваченное на талии ремнем, на ногах – старые, потрёпанные, но ещё крепкие ботинки. Максимум, что можно было сказать о ее возрасте по внешнему виду, что ей больше пятнадцати, хотя не намного.
– Я все слышала, бабушка Тон, – заявила она с порога.
Старуха вздохнула.
– Если ты хотела пойти со мной, то просто могла бы помочь нести вещи, Исандра, – и, повернувшись к своим собеседникам, Тонгара пояснила. – Это моя вторая… хотела бы я сказать: «воспитанница», но максимум, что мне удается, это следить за тем, чтобы она не попала в очень уж крупные неприятности.
Ярика безотчетно погладила прижавшуюся к ней девочку по голове. К горлу опять подступил комок слез. Сердце неслось бешеныи ритмом, готовое выскочить из груди. Воспоминания, воспоминания... Сколько лет прошло... А эта боль снова пытается ее загрызть... Оборотень зажала виски руками... Кто-то слишком умный сказал, что время лечит... Наверное, он вовремя умер... Ярика трязнула волосами и снова оторвала от себя девочку.
- Прости, крошка, - не зная, зачем это говорит кошка молча ушла в соседнюю комнату и забилась в угол. Хоть ненадолго... но остаться одной. Ненужные мысли шумели в голове, прыгая и никак не давая себя поймать. А теперь надо идти дальше... И искать этот талисман, чтобы уйти отсюда. Убраться поскорее!!!
Лило молча переводила взгляд с одних лиц на другие, пытаясь не выпасть из собитий. Эти дети, старушка, некий каур...
Девушка уставилась в одну точку, думая о том, что здесь происходит. Теперь с оружием не походить, да и придется переодеться в серую одежду... Эльфийка поморщилась. Никакой справедливости! "Только вот кинжал я не отдам", - подумала Лило, нащупывая в сапожке лезвие.
Ярика ушла. На ее лице было смешанное чувство - она вроде была испуганна, но в тоже время в ее глазах мелькнуло тепло. Тепло из далекого прошлого. А ведь Лило ничего о ней не знает. Просто когда-то она ее спасла, с тх пор и привязалась Лилонэт к этой кошке-оборотню.
Лило пережевывала мясо, ища глазами белого зверька. "Интересно, а как они его вспрячут? - она усмехнулась. - Уж он-то не пропадет."
Эльфийка прошлась к стене и оперлась на нее плечом. Челка упала на лицо, скрывая ее глаза. Как здесь грустно! Пальцы непроизвольно стали чертить в воздухе какие-то узоры, на кончиках ногтей засветился огонек сиреневого цвета. От него шел холодок, но Лило его не чувствовала. Она всего лишь наслаждалась этим светом, таким схожим с цветом ее глаз...
Девчонка сверкнула белозубой улыбкой, и уставилась на гостей - невежливо, но живо и открыто. Улыбка погасла. Все были загруженные по самое внехочу.
-Здрасти,- тихо сказала она, хлопая ресницами. Оглядывая путников, Исандра подумала, что у них неприятности. Что ж, у всех в этом городе одна большая неприятность - они здесь находятся. Сама Исандра попалась чисто по глупости. Вот сама выберусь - буду думать, чем можно помочь остальным. Девушка верила в свою звезду. Хотя не видела её уже так давно.
-Меня зовул Исандра, когда не ругаются,- представилась девушка, вспомнив уроки приличий, которые ей безуспешно пыталась привить бабушка Тон.
Юилли покосилась на малышку, которая пристроилась рядом с бабушкой, тем не менее, не сводя глаз с Ярики, подошла к столу и потянула из тюка серую застиранную рубашку.
«Да, одежка та еще», – усмехнулся Джои.
Девочка взглянула на Лаву. На лице ангела читалась неколебимая решимость ни в коем случае не надевать эти шмотки. Похоже, без долгого спора не обойтись. Потеребив рубиновый кулон на шее, с заключенной в него человеческой фигуркой, она выбрала темно-серые штаны, похожие на длинную юбку, точно такие, как на бабушке Тон.
– Значит, чтобы найти талисман, нам надо попасть наверх?
– Это невозможно, – покачала головой старуха.
Юилли поймала взгляд девчонки, которая назвала себя Исандрой. Ее голубые глаза горели любопытством и… несогласием со своей воспитательницей. Наверняка девчонка будет полезна. С такими чертиками в глазах… Юилли мысленно дала ей определение: проныра. Как пить дать знает все ходы и выходы. Внешне выглядит ровесницей самой Юилли. Девочка-вампир улыбнулась Исандре.
– Я – Юилли. Ты не могла бы мне помочь? Не то, чтобы я сама не справилась с переодеванием, но не хочется, чтобы мужчины на меня глазели.
Она выдернула из-под груды одежды большой кусок ткани, в который и был увязан тюк, и направилась в соседнюю комнату.
– Из этого можно сделать занавеску на дверь. Давай, Исандра, помоги мне.
«И остальных пригласи, – хмыкнул Джои. – Я поглазею».
«Нахал!»
Карумо тоже не растерялся и быстренько шмыгнул вслед за хозяйкой.
Невидящими глазами оборотень уставилась на вошедших. Похоже, Юилли собралась переодеваться... Любое движение вне сейчас выводило из себя. А уж видеть эту девочку не хотелось тем паче. Женщина сжала зубы и закрыла глаза... И краем глаза успела заметить белого зверька, скользнувшего вслед за хозяйкой. Кошка выдохнула. Его только не хватало!.. От предчувствия, что на нее сейчас обрушится поток болтовни, стало совсем нехорошо... Сотня дохлых орков!.. Ярика утерла кулаком появившиеся было слезы. "Все! Хватит нюни распускать! Заткнись, дура!" Окрик не помог...
Между тем Юилли примерила серые штаны и критически себя осмотрела. Неудовлетворенно фырнув, девочка принялась расматривать мешковатую рубашку. Оборотень оскалилась. Ярика уже ненавидела этот мир, и все, что было с ним связано. Никогда она не наденет эти серые лохмотья! Только потому, что когда-то их надевали те, кого носила эта земля... Может перекинуться?.. Тем более, что тяга к оборачиванию не проходила с того самого момента, как рядом с ней появился Карумо... Да еще чертовски хотелось превратиться в зверя и пустить кому-нибудь кровь...
- Мдя, увидели бы меня наши ребята из Академии, смеялись бы до колик в животе.Но, я так понимаю, другого выхода нет.
Отто никогда не отличался стеснительностью, натянув поверх штанов, нечто весьма напоминающее брюки, Отто накинул на себя куртку, и начал вертеться в поисках зеркала, чтобы узнать как же он теперь выглядит, естественно, что зеркала он не обнаружил. И был вынужден обратиться к Джулиану с просьбой описать его нынешний внешний вид. К Джулиану, потому что Грей, увы, не смог бы ему в этом помочь, даже если бы очень захотел.
Вероятно Отто был весьма похож на жителя города, некогда белая рубашка, выглядывающая из под куртки, после боя в замке и путешествия по пещерам стала такого же серого цвета, как одёжки бабушки Тон, немытые несколько дней волосы были припорошены пылью, а капли пота, пробуравив на лице Отто сквозь корку грязи извилистые тропинки, финальным аккордом придавали ему вид рабочего человека, который зарабатывает себе на жизнь тяжёлым физическим трудом. Отто спрятал тесак в широких штанинах и очень обрадовался тому, что теперь кроме кастета и ножа за голенищем у него есть ещё один увесистый аргумент для споров, если таковые возникнут.
- Бабушка, а скажи, сделай милость, есть ли какая нибудь связь с внешним миром? - Обратился Отто к Бабушке Тон.
Исандра была удивлена стеснительностью девушки, но с готовностью повесила на дверь занавеску. Движения её были живыми и энергичными. Девушка постоянно стреляла глазами на зверька, проскользнувшего с ними в комнату. Она бы спросила, кто это, но не решалась - побаивалась женщины, сидящей в комнате. Но внимание её привлёк и кулон, который теребила Юилли. Такой красоты Ис не видела никогда. К тому же там внутри что-то виднелось, но Ис не могла разобрать - что, и любопытство разгоралось всё ярче.
Доскакав по ступенькам вниз и встретив бабушку, Грэй вдруг ощутил, что что-то не так, чего-то не хватает. Оказавшись в домике, любезно предоставленным старушкой, Грэй пристроился у стены в позе лотоса и под разъяснения, как оказалось бабушки Тон, задремал.
Дремота спала, как только бабушка Тон с каким-то девчушками принесла тряпки, называемые одеждой. Грэй пощупал первую попавшуюся вещь и сморщился.
«Неужели это нужно одеть, да от этого тряпья у меня будет чесотка или сыпь! – подумал он».
С этой мыслью и пришло озарение, в их отряде не хватает война и актера!
- Эмм… Уважаемые, - окликнул он спутников, которые решились и стали переодеваться, - а где Джоэл и Лергеро?
-Кто и кто?- заинтересовалась Исандра, услышав вопрос.
- Исандра, - Грэй обратился к девчушке и ради приличия повернулся к ней лицом,- они шли вместе с нами, но сейчас их нет. Кто-нибуудь скажет в чем дело?
Отто обернулся на голос Грея, и ответил:
-Актёришка остался в том мире, в то время как мы пробивались к амулету он был на похоронах своей подружки, собственно из-за этого обстоятельства у нас и появился фургон.
А Джоэл пропал ещё раньше, наврно нажрался в какой-нибудь подворотне и теперь валяется там в луже собственных извержений, в то время как свиньи обгрызают ему уши.
-Понятно,- тихо ответила Исандра,- вы всегда такие дружные?
Юилли переоделась и вышла из комнаты. Оборотень медленно поднялась с пола. Тряпка отгораживала ее от остальных. Маленькая серая комнатушка. Обойдя теснившиеся кровати, Ярика подошла к окну. Дом почти вплотную прижимался к соседнему собрату-близнецу, и окошко смотрело на серую стену. Женщина закинула голову... да, там и не могло быть звезд... Там только камень... своды огромной пещеры. Кошка вздохнула и отвернулась от окна. Ее взгляд натолкнулся на белый комок на ближайшей к ней кровати: Карумо остался в комнате и теперь молча наблюдал за ней.
- Даже не спрашивай, что произошло, - неожиданно для нее голос прозвучал глухо и печально. - Просто я ненавижу этот мир... Ненавижу!
Кошка сжала кулаки. Карумо изумленно смотрел на нее. Его карие глаза скользали по ее лицу, пытаясь найти ответы на мучившие его вопросы. Ярика посмотрела на свои ладони.
- Надо выбираться отсюда, - она вскинула голову и снова выглянула в окно, как будто с кем-то прощаясь. - Я хочу домой...
Ярика сдернула серую тряпку и вышла в другую комнату. Юилли и Лямпе уже были в полном облачении... Если бы она не знала их раньше - не смогла бы отличить от жителей этого города... Если бы была человеком... Запах бабушки Тон и девочек был слишком непонятным... Она поморщилась, взглянув на кучу тряпья...
- Я хочу выбраться отсюда поскорее... Мне слишком не нравиться это место. Глаз дракона... - она гордо вскинула голову на вопросительные взгляды девочек. - Я надеюсь, в этом мире, не слишком недолюбливают черный цвет? Потому что я не намерена менять свою одежду...
Ярика нагнулась и подхватила арбалет. Любовно провела по нему ладонью. Нет, и с оружием своим она не расстанется.
Исандра с огромным интересом наблюдала за женщиной.
-Вы хотите выбраться отсюда?- спросила девушка, и, подумав, добавила:
-Я тоже. Если я смогу вам помочь, поможете мне?
- Как жаль, - сказал Грэй, получив ответ на поставленный им вопрос.- Надеюсь, все у них будет в порядке.
Непонятное чувство ослабло. Вопрос «чего, а точнее кого, не хватает» решен. Но было еще что-то, едва уловимое, знакомое… ощущение этого появилось после перехода через гору. Во что бы ни стало, он узнает что это.
Попытавшись выкинуть из головы все, мальчик залез в остатки кучи и выудил одежду, на ощупь, определив, что размер вроде его стал живо переодеваться.
Лило все это время ревниво следила за разговором девченки и мага. Нервно теребя яшмовый поясок, она сверкала сиреневыми глазами, готовая дать оплеуху Исандре, если та вздумает положить глаз на Грэя.
"Что с тобой творится? - устало подумала Лило, обращаясь к себе. - Совсем обезумила! Ревновать... да к кому?! Завязывай с этим делом и по скорее!"
Когда Ярика высказала свою мысль о том, что с оружием она не расстанется, Лило тихонько коснулась своего лука. Не хочется расставаться с оружием и ей. Лук для нее, как одежда. Без него она будет чувствовать себя совершенно слабой и беззащитной.
- Мы будем слишком выделяться среди остальных, если не оденемся так же? - переспросила она, севшим голосом. - Надеюсь, мы пробудем здесь не долго...
Эльфийка посмотрела на кучу одежды. Жутко не хотелось, но делать нечего - пришлось выбрать кое-что, что хоть отдаленно не вызывало у нее антипатию.
Только вот она постиснялась переодеваться при всех...
- Чтобы придумать? - прошептала она, осматривая в очередной раз комнату.
Отто критично осмотрел своих спутников. Грей и Юилли, как собственно и сам Отто, вняли голосу разума, который на сей раз, скрипел по старушечьи, и предприняли все меры, чтобы стать на время жителями этой пещеры. "Не рискуй зря" - одно из основных правил, которым надо руководствоваться в неизвестном месте, с условием, что все вокруг твои потенциальные враги. И Отто свято следовал этому правилу. Джулиан с надменным видом даже не смотрел в сторону тряпья, которое бабушка Тон имевала одеждой.
- Наверно сделает иллюзию, - подумал Отто, - надо будет держаться от него в стороне.
Эльфка уже что-то присмотрела в куче, и теперь явно искала место, чтобы переодеться, причём так, чтобы никто не видел этого процесса.
- «Эльфка,» - негромко позвал её Отто, - «можешь переодеваться прямо здесь, Грей всё равно ничего не увидит, я ничего нового не увижу, уж поверь мне», -он ехидно улыбнулся, по его виду любой сразу понял бы, что Отто досконально знает не только как эльфы выглядят без одежды, но и отлично знает как они выглядят без кожи, - «а остальным сейчас явно не до тебя».
Отто беспокоили Лаву и Ярика, оба явно не желали соблюдать конспирацию, ставя своё желание выглядеть стильно, превыше собственной жизни и жизни своих спутников. Впрочем, Лаву наверняка подчинится Юилли. А вот Ярика представляла собой угрозу. На её жизнь Отто было наплевать, она ведь не человек, но она могла навлечь неприятности на него и на Грея, а тот как никак когда-то был учеником Императорской Академии, и в первую очередь человеком, поэтому Отто чувствовал себя в ответе за его судьбу.
- Вот что я тебе скажу, Ярика, - Отто решил попробовать договориться, в академии их учили, что у всех разумных существ: людей и нелюдей, в сущности одинаковые способы мышления, можно договориться с кем угодно и о чём угодно, правда не всегда, - Тебе наверняка больше нравятся вечерние платья, или вообще бегать без одежды, мне тоже гораздо больше нравится носить ярко-красную куртку, расшитую золотыми нитями, чем эти серые, невзрачные тряпицы. Но если верить старухе, то, появившись в своей обычной одежде, ты обязательно привлечёшь к себе внимание всего города, и в том числе стражи, а мы не знаем, как к нам отнесутся стражники, и правители этого подземелья. Если ты посмотришь немного внимательнее, то обнаружишь, что одежда широкая и просторная и под ней можно спрятать часть оружия. Арбалет можно привязать за спиной Лило, или этой девочки, Исандры, накинуть сверху что-то похожее на плащик, и, с арбалетом прицепленным за спиной, она вполне сойдёт за калеку-горбуна. В конце концов, можешь попросить Джулиана, чтобы он прикрыл тебя иллюзией.
Но, не мешай своей глупостью нам. Даже если поймают только тебя одну, то они начнут искать чужаков по всему городу, а мне бы этого не хотелось, я думаю никому из присутствующих не льстит повышенное внимание стражи чужого мира к своей персоне. Сделай правильный выбор, иначе от слов придётся перейти к делу.
Лило так и застыла, держа в руке нечто, что зовут одеждой. Отто был сегодня явно в настроении, так как накинулся на женщину-оборотня. То, что сказал он ей самой, немного оскорбило девушку. Но, закусив нижнюю губу, эльфка решила немного помолчать. Что она сейчас могла сказать, когда он был прав? Да же слишком...
"Да, - подумала она. - Теперь я соглашаюсь со своим извечным врагом, который перевесил толпы моего народа. Что ж, видимо, другого выхода не остается".
- Думаю, что оружие можно и вправду спрятать, но если вдруг начнут проверять? - она немного беспокоилась. - Охрана же тут имеется. Мы можем случайно привлеч их внимание и тогда... уж не знаю, как нам придется вылазить из такой ситуации. Наверное, надо хоть как-то, но научиться вести себя, как все. Ведь в разных местах себя ведут по-разному...
Она замолкла, чуть сжимая черный плащик в руке. Ее никогда не любили слушать в этой кампании, поэтому ее уже не волновало, как отнесутся к ее беспокойству. Она утратила веру во все. Теперь даже перестала верить, что у нее есть друзья...
- Палач, - обратилась Лило вызывающе к Отто. - Вот ты говоришь, что ничего нового не увидешь? Что же? Тогда тебя стисняться я не стану.
Она стала стягивать с себя когда-то яркую одежду.
- Твой пошлый взгляд ничего не меняет. Если видешь обнаженой меня, то не увидешь мою душу.
Она швырнула в него свою одежду, оставив лишь поясок.
- Да и кто знает, что творится у меня в голове? - она стала медленно к нему подходить. - В твоих руках и не такое сопротивлялось...
От тирады обращённой к Ярике, Отто отвлек какой то шорох. Эльфка почему то решила что разбрасывать вещи рядом с Отто, это то самое чего им всем не хватает. Покосившись на кучку грязного тряпья у своих ног, Отто задумчиво посмотрел на эльфку.
Голая, костлявая, тщедущная девочка, смешно повиливая конечностями зачем то приближалась к нему. " Я кажется начал понимать, почему у эльфов так мало детей" - мелькнула мысль в голове Отто. Может быть от эта мысли, а может быть от того что в домике было пыльно, или эльфские одёжки упавшие в полшаге от Отто, нам никогда не станет известно что именно вызвало свербение в правой ноздре Отто. Продолжая глядеть на недокормленного подростка, Отто зажал левую ноздрю большим пальцем, и смачно чихнул. Жёлто-зелёная огромная сопля, со свистом разрезала воздух и шлёпнулась в трёх шагах от него, прямо под ноги Лило. В целях профилактики Отто решил очистить и левую ноздрю и под ногами эльфки красовались уже две лужицы жёлто-зелёных соплей извергнутых организмом Императорского Палача.
- Ты, это, девочка, поберегись, а то случайно попаду, так ведь перешибёт тебя сопля как тростинку. При этих словах Отто заржал как необъезженный жеребец.
- Эй, Отто, - возмутился Грэй, заметив хамское поведение палача. -Так себя с дамой не ведут, давай, вспоминай уроки вежливости, они ой как нужны.
Слепой маг подошел к Лилонет и прикрыл ее какой-то тряпицей из кучи, называемую одеждой.
- Пойдем...не стоит...- шепнул Грэй на ухо Лило. - Давайте скорее отсюдова выбираться ,от этой одежды я уже чесеться начинаю, мне что-то не хочется ,чтобы еще и сыпь появилась,- сказал маг, демонстративно почесывая локоть.
Взяв свою палку, слепой паренек собрался идти к двери.
- Бабушка Тон, а с такими вот дубинками можно ходить? - он покрутил в руках свой резной посох.- На изготовление таких вот посохов тратится много времени и сил, оставить его нииззяя.
Лаву даже не пошевелился, чтобы подойти к одежде, разбросанной на столе. Его не волновали ни странные забавы эльфки и палача, ни беспокойство Ярики. Он посмотрел на Юилли. Девочка ухитрилась эту примитивную одежду надеть так, что смотрелась она на ней весьма неплохо. Однако, у самого Лаву не было ни малейшего желания влезать в эти шмотки. Впрочем, как заметил ангел, колдун тоже не спешил примерить одежку. Собирается воспользоваться магией?
Пока Юилли занималась одергиванием одежды, расправлением складок и прочими манипуляциями, Лаву стремительно переместился к Джулиану. Его отношение к колдуну было довольно странным. То, что Юилли выбрала его, как возможную замену, ангелу, заставляло чувствовать… Странно, но это были чувства очень близкие к дружеским. Может быть потому, что этот человек возьмет на себя те обязанности, которые самому Лаву придется сложить на этом пути.
– Собираешься воспользоваться магией? – тихо спросил он.
Холодные серые глаза Джулиана внимательно взглянули на ангела.
– Создам иллюзию.
– Палач может разрушить ее, – напомнил Лаву.
– Он и близко не подойдет – если слетит иллюзия, их всех схватит стража. Палачу это надо?
– Их? – переспросил ангел, приподнимая бровь.
– Вряд ли в этом мире знают, как схватить и удержать колдуна. Вряд ли в этом мире знают, как схватить и удержать такого, как ты.
– Удержать не сложно, – слегка улыбнулся Лаву, – а вот схватить… Ты сможешь сделать иллюзию для меня?
– Сначала я сделаю ее для себя, а там посмотрим.
Джулиан сделал сложный жест рукой и его одежда стала похожа на ту, что принесла бабушка Тон.
Но это было не самое главное. Едва Джулиан применил магию, стены домика замерцали ярко фиолетовым светом и даже воздух, казалось, засветился.
Бабушка Тон ахнула:
– Кен-каур!.. Этот человек – кен-каур. Домик сделан из шлаковой породы, которую вывозят из шахты. Содержание в нем каура мизерно и только мощный кен-каур, может заставить его так отозваться на свою силу…
Бабка ты белены объелась? Это не КЕНКАУР, это Джулиан, обыкновенный чернокнижник. Отто покрутил пальцем у виска, чтобы старушка поняла, что она действительно сморозила глупость. Придумала понимаешь, что Джулиан какой-то КЕНКАУР.
Хорошо, что Грей уволок эту дурочку, - подумалось Отто, - а то пришлось бы её шлёпнуть по костлявому заду, если бы она подошла ближе. Отто никому никогда не признавался, что испытывает после того случая настолько сильное отвращение к эльфам, особенно к голым, что его может вывернуть.
Бабушка, ты нам лучше поведала, где ближайший выход на поверхность и сколько стражников его охраняют.
Лило крепко держала тряпку, которую накинул на нее маг. Ей было не то чтобы стыдно, а скорее неприятно, что она так себя ведет, а Грэй... он все еще ей помогает. Она ненавидела себя за это. Он не презирал ее, хотя уже довольно-таки давно мог ее бросить или просто возненавидеть. А он помогал.
Лило готова была даже отказаться от своей Мечты, лишь бы больше не мучиться. Что с ней такое? Может, все это путешествие изнурило ее? А может, она давно утратила прежнюю храбрость... А может, вообще разочаровалась во всех и во всем...
- Спасибо, - произнесла она Грэю. - Не пойму, почему ты мне помогаешь? Кровные враги...
Она закрыла глаза и спрятала лицо в ладошках. Уже переставая верить, что вернется домой, Лило хотела просить прощеие у всех миров, если она где-то причинила кому-то боль. Теперь она даже сожалела, что не осталась тогда в клетке. Может быть тогда ее казнили... и пришел бы конец.
Оставшийся от всей одежды, которую она швырнула в палача, поясок поблескивал у нее в одной из рук. Теперь она просто не может даже быть в одной комнате с этим Отто. Какая-то ненависть к самой себе захлестнула девушку, и горячие слезы, которым пора уже давно пролиться, потекли по щеке.
Тонгара обернулась и ожгла палача гневным взглядом чуть слезящихся глаз.
– Вы, молодой человек, мне не грубите и не тыкайте. Оботрите молоко на губах и подберите детские сопли, прежде чем тыкать человеку, который вам не то что в матери, а в прабабки годится. Когда доживете до моих лет, тогда и только тогда можете сомневаться в моей умственной полноценности. В этом городе живут люди, которые не станут церемониться ни с кем, и я дожила здесь до такого возраста лишь потому, что быстро соображаю и могу постоять за себя.
Он отвернулась, не став предупреждать палача о том, что выходка с соплями, подобная той, что он проделал недавно, закончится его смертью. В городе с наглыми чужаками не разговор которок. Она подошла к Джулиану, вокруг которого все еще полыхало фиолетовое сияние.
– Кен-кауры, – пояснила она, – это люди, которые могут использовать особые свойства каура – руды, которую мы здесь добываем. Когда такие люди рядом, каур светится. Здесь в комнате, каура мизерно мало, поэтому он засветился, когда вы применили свою силу, – она немного удивленно посмотрела на Джулиана. – Только я никогда не слышала, чтобы кен-кауры умели изменять свою одежду… – она пожала плечами. – Если воздух вокруг вас будет так светиться, это привлечет внимание. Вам все же лучше переодеться.
Бабушка Тон повернулась к остальным.
– Выход из города только один. В соседней пещере находится подъемник, с помощью которого поднимают на поверхность добытую руду. Включается он сверху и включить его может только кен-каур. Внизу охраны нет и подъемник всегда поднят. Наверху охрана сильная на случай, если заключенные попробуют бежать этим путем. Но сколько их точно, сказать не могу.
Тонгара вытащила из оставшейся одежды шлаты и рубашку и протянула их Джулиану.
– Думаю, это подойдет вам по размерам.
Исандра вспоминала детали подъёмника, охраны и окружающего пейзажа - она ведь видела всё это, когда её спускали в город, осудив. Девушка стояла, прислонившись к стене, и напряженно перебирала воспоминания - нет ли где другого выхода, попроще. Так хотелось выбраться, но в одиночку не пробиться. А с этими ребятами.. Может, если она сможет быть им полезной, они смогут быть полезными для неё? И Исандра почти не слышала разговор, вспоминая мельчайшие детали Города и окружающей его местности, фразы охранников, доставивших её сюда, и вообще всё, что могло иметь отношение к выходу.
В голове появилась одна идея, но очень смутная..
Продолжая оправлять одежду, Юилли выжидающе посмотрела на своего телохранителя. Лаву еще раз глянул на Джулиана. Н-да, кажется, иллюзия ему не светит. То есть, пожалуй, светит слишком сильно. Его внешность и так привлекала внимание, а уж если он будет светиться, как колдун... Ничего не оставалось. Он прекрасно знал: Юилли или настоит на своем или прикажет. Выбрав то, что осталось, ангел начал переодеваться, стараясь держаться спиной к стене, чтобы остальные не увидели продольных уплотнений на спине, откуда при трансформации появлялись крылья. Уплотнения были болезненно синего цвета, точно две длинные свежие гематомы. Мир вампиров, искалечив ангельскую оболочку, оставил след и на человеческом облике.
Юилли кивнула, довольная, что не пришлось скандалить с Лаву, и снова принялась поправлять одежду, стараясь придать ей как можно более удобный и изящный вид. На столе лежали несколько больших платков. Интересно, полагается тут закрывать волосы?
«Исандра их не закрывает», – сказал Джои.
«Она еще девчонка. А вот бабушка Тон – закрывает».
«Тоже мне, взрослая нашлась, – засмеялся Джои. – Но все же, лучше тебе спрятать волосы. Неизвестно, приняты ли здесь вообще волосы такой длины или такая прическа, как у тебя».
«Да, пожалуй».
Юилли подошла к столу, выбрала самый большой платок – размером чуть ли не с шаль – и попыталась убрать под него волосы и одновременно завязать так, как у бабушки Тон. Двух рук явно для этого не хватало: толстая тяжелая коса, сверху донизу плотно перемотанная лентой, выскальзывала, точно живая змея; уголки платка не желали связываться в узел…
– Чччерт! – тихо прошипела она, начиная закипать. – Ччччерт!
Коса в очередной раз вырвалась из-под платка и закачалась за спиной девочки. Платок упал на пол. Юилли нагнулась за ним. Кулон с рубином вывалился из широкого ворота рубашки и закачался на цепочке, ощутимо треснув Юилли по носу.
«Хочется рвать и метать!» – в раздражении подумала девочка, чувствуя, что вот-вот перейдет точку кипения.
Да-а-а… Хотелось бы пощеголять в иллюзии, но светиться, как фиолетовый фонарь, на улицах… Не то, что Джулиан не любил быть заметным, но не таким же способом. Он сбросил иллюзию. Свет угас. Колдун взял предложенную одежду. Осмотрел ее. Одеться, как Лямпе, он не мог – средневековая одежда не позволяла носить другую поверх нее. Пришлось переодеться, оставив только сапоги, которые полностью укрылись под широкими штанами. В сапог скользнул эфейм – ритуальный нож с треугольным лезвием и черной рукоятью из человеческой кости. Не оружие – нож был серебряным, – но с этой вещью Джулиан никогда не расставался.
То, что он делал, было для него непривычно. Привычным было – пройти по трупам, сокрушая все и вся на своем пути, силой выбить нужную информацию. Почему же он медлит, оставаясь с этими людьми? Ответа было три и все ему не нравились. Он до сих пор не нашел цели и смутно надеялся, что его спутники помогут ему в этом. При всей своей колдовской силе он все равно не одолел бы целый город. Но самое худшее – что-то внутри него не хотело оставлять Ярику и… Грея.
«Во имя Дьявола! Я не должен ни к кому привязываться. Я могу взять на себя ответственность только за ученика, но уж никак не за женщину, с которой провел ночь».
Он посмотрела на расстроенную Ярику, с которой не сводила восхищенных глаз та мелкая девчушка. Посмотрел на отчитавшего ее палача, который, после слов старушки, кажется, впал в рефлексию. На Юилли, воюющую со своей косой. При взгляде на девочку-вампира внутри тоже как-то странно отзывалось, точно между ним и ей существовала тоненькая, незримая связь.
«Все это пустое, – наконец решил он. – Поживем – увидим».
Он повернулся к старушке и поинтересовался:
– Что такое каур? Это какой-то магический минерал?
– Магический? – переспросила бабушка Тон. – Что значит, магический? Это просто фиолетовая руда, из которой делают множество полезных вещей. Всякие машины, оружие. Но использовать эти вещи могут лишь кен-кауры.
– Из этого следует, – придавленным голосом сообщила Юилли, нагибаясь за упавшим платком и стараясь, чтобы красный кулон не мешал ей, – что каур – это магический усилитель. Чччерт!
Джулиан усмехнулся, глядя на ее покрасневшее от раздражения лицо, когда она снова распрямилась и, упрямо не прося помощи, снова стала упаковывать свою косу. Забавная она. Странная. Но сейчас не время размышлять о необычном вампире. Колдун повернулся к более старшей девочке, которая назвалась Исандрой.
– Ты говорила, что можешь помочь нам, если мы поможем тебе. Я так понимаю, что у тебя есть идея, как выбраться на поверхность. Ну, а что ты хочешь взамен?